Семья Саблиных: все решать сообща

Есть пары, которых судьба бережно свела в юном возрасте, и идут они рука об руку по жизни без разочарований и обид, поддерживая и учась друг у друга, наслаждаются настоящим и с радостью смотрят в будущее. Такой парой предстали для меня врачи и владельцы детского сада «Улитка» Кристина и Дмитрий Саблины.

Саблины Архангельск
Семья Дмитрия и Кристины Саблиных

УД: Вы такие молодые, и оказывается уже больше 15 лет вместе. Вы в детстве познакомились?
ДС: Мы познакомились 23 сентября 2001 года, нам было по 17 лет. В тот день на нашем педиатрическом факультете в медуниверситете начались общие лекции, и я увидел Кристину. Она выделялась на фоне остальных — красивая внешне, необычно одета.
КС: На мне была короткая юбка желтого цвета (смеется). В тот день я получила пять записок «пойдем гулять», а выбрала из всех Димину.
ДС: Потому что моя была в стихах — нестандартный подход!
УД: С тех пор вы не расставались, хотя наверняка не все было гладко. В чем секрет таких прочных отношений?
КС: Я очень эмоциональная, а Дима сдержанный. Я, как многие девочки, могла вспылить, а он рассудит, все по полочкам разложит, объяснит. Считаю, что мой муж меня воспитал.

В начале отношений

УД: Дима, вам от кого достался такой характер и умение воспитывать?
ДС: Мои родители врачи — отец дежурил, а мама была участковым педиатром. Они много работали, а на мне была забота о младшей сестре, я ее воспитывал.
УД: Вы росли в семье врачей. Выбор профессии был определен с детства?
ДС: Родители были категорически против! Я одновременно подавал документы в медуниверситет и в АЛТИ на программиста — у меня хорошо было с математикой и физикой. И туда, и туда прошел по баллам. Но выбрал медицинский. Почему? Сам не могу объяснить. Может, потому что в тот год на программистов шло 120 человек, и я не представлял, куда они потом все денутся.
УД: Учеба в медицинском давалась легко? Не пожалели о выборе?
ДС: Легко не было, но я всегда учился на стипендию. А кризис — сожаление, желание уйти — почти у всех студентов-медиков наступает на 3 курсе, когда происходит переход с теоретических кафедр на клинические. И работающие врачи говорят: «Ребята, ну разве вы не видите? Куда же вы идете?». Но за плечами уже годы учебы и собственные мысли о будущем в этой профессии, поэтому, преодолев сомнения, учишься дальше.
УД: Кристина, а вы как выбрали профессию врача?
КС: Я с трех лет танцевала в «Нимфее» в Северодвинске. После 11 класса мы с мамой поехали поступать в Академию искусств в Санкт-Петербург. Я прошла отбор, поступила и в сентябре должна была уехать. А мама, опасаясь меня все-таки отпускать, предложила еще поступить в медицинский. Я дочка послушная была, согласилась. И поступила. После 3 курса и у меня, как у многих, наступило разочарование: «Надо было идти танцевать». А потом все успокоилось, наладилось и учеба продолжилась.

УД: Многие сейчас отдают детей заниматься танцами. Что, по-вашему, они дают?
КС: Если ребенок не хочет заниматься, его не заставить. Наши дочки не занимаются танцами, у них нет желания. Я хотела, и когда мы с мамой пришли в «Нимфею», руководитель театра Валерий Кучинский посмотрел меня прямо на лестнице и сказал: «Берем!». Танцы дают волю к победе: у нас было постоянное соперничество, кто будет танцевать в первой линии. Танцы — это выдержка, целеустремленность, воспитание. Валерий Николаевич был очень строгим, он занимался нами практически с утра до вечера, мы считали его вторым папой. Училась я хорошо, но уроки делала ночами, потому что мы танцевали до позднего вечера, к тому же постоянные концерты, гастроли, поездки. Я не гуляла с друзьями, не отдыхала, готовилась к будущей творческой профессии. Сейчас понимаю, что танцы были мечтой, которая есть у многих девочек, — выступать на сцене. Хорошо, что у меня эта мечта сбылась и что я не сделала танцы делом всей своей жизни.
УД: У вас, Дима, было спортивное или творческое детство?
ДС: Я много чем занимался до достижения определенного результата: получил разряд по плаванию и настольному теннису, увлекался лыжами, играл на гитаре, потому что мальчики, которые играют на гитаре, больше нравятся девочкам.
УД: Вы стали вместе жить, еще будучи студентами. В это время радует совместно проведенное время, но часто все ломается о быт и безденежье. Как вы справлялись?
ДС: Мы стали вместе жить в 2003 году, будучи студентами 3 курса, хотелось независимости от родителей и больше времени проводить вместе. Мы сами себя обеспечивали: получали стипендию, я подрабатывал дворником и добился, чтобы нам дали место в общежитии. Да, мы жили скромнее, помню, как нам хватало пачки макарон и двух пачек котлет на пять дней. Но было интересно. У нас с самого начала появилось семейное правило: «Все обсуждать вместе, все должно решаться в обсуждении».
КС: И сейчас так же: если кого-то что-то не устраивает, то вечером, после того, как дети легли спать, мы идем на кухню, берем листок и ручку и рисуем.
ДС: Второе правило: «Все конфликты должны решаться до вечера».
КС: Многое было и в нашей семье, но мы никогда не спали в разных комнатах.
УД: Обычно люди к этой мудрости приходят с годами…
КС: У нас с Димой похожи родительские семьи. Наших отцов часто не было дома, у Димы папа дежурящий врач, у меня военный. Мамы тоже много работали, а вечерами его мама дописывала карточки, а моя — учительница — сидела с тетрадками. У Димы младшая сестра, у меня брат. И мы оба с самого детства были самостоятельными и заботились не только о себе, но и о младших. Поэтому быт нас не пугал, мы обсуждали не его, а более интересные задачи.

Дочки Саблиных — Арина и Валерия

УД: Первая дочка родилась у вас, когда вы еще учились в университете?
КС: Да, после 5 курса. Был еще 6-й, я не брала академический отпуск. И тут спасибо родителям — они финансово помогли нам с няней. После университета я поработала врачом, но вскоре забеременела вторым ребенком.
ДС: Два года между рождением детей медицински выверены: чтобы организм отдохнул от родов и чтобы не было большой разницы в возрасте.
УД: Дима, вы сразу стали детским хирургом?
ДС: Да, после университета я пошел работать в хирургическое отделение детской областной больницы. Там работаю до сих пор. Сейчас я ведущий детский уролог, единственный в Архангельске, владеющий всеми видами операций, в том числе и высокотехнологичными. Консультирую в Перинатальном центре и в частных клиниках.
КС: Я хоть и не работаю по специальности, но я все же детский врач, поддерживаю учебу, подтверждаю сертификат. И практика у меня постоянная — в детском саду я смотрю детей, консультирую родителей, даю рекомендации.
УД: А детский сад вы как решили открыть?
ДС: Кристина была в декрете с младшей и успешно организовала поставки косметики и одежды из Кореи, которые тогда только начали развиваться.
КС: Я и ресницы наращивала. Желание развиваться было огромное, я много обучалась по разным направлениям. Когда нам в 2015 году предложили купить готовый бизнес — детский сад, мы долго не думали. Сумма была большая, но мы были уверены в успехе.
ДС: Хотя это был кризисный год, появилось много детских учреждений, бизнес был в упадке.
КС: Помню, первое лето, в садике пусто, аренда огромная. Это было страшно. Тогда мы стали думать, чем отличаться от других садов, как себя развивать. И сегодня, спустя три года, у нас полный садик даже летом, есть запись на следующий год. Мы открываем второй сад в комплексе «Омега-Хаус», и туда тоже собрана почти полная группа. Я хотела, чтобы у нас был не просто «присмотр за детьми», а чтобы дети полноценно развивались, поэтому у нас много развивающих занятий и игр. Сейчас в саду все так, как я хочу. Мой перфекционизм, конечно, сказывается и на работе, но сотрудники привыкли, что у нас все четко прописано. Я не включаю начальника, мы всегда разговариваем. Я не воспитатель, а врач, поэтому не вмешиваюсь в их работу, а прислушиваюсь. У нас каждый занимается своим делом.
УД: Как Дмитрий научил вас обсуждать все сообща, так вы и в работе продолжаете…
КС: Да, и с детьми мы так же. Старшей Арине 12, младшей Лере сейчас 9 лет. У них есть свое мнение и мы к нему прислушиваемся.
ДС: Наша основная цель — воспитать самостоятельных людей, которые смогут прожить, не держась за мамину юбку.
КС: Может, это грубо прозвучит, но я не та мама, которая хотела бы жить со взрослыми дочками. Поэтому мы уже сейчас обсуждаем, куда они поедут поступать.
ДС: Старшая копит деньги на квартиру. (Смеются)
КС: Мы не трясемся, не проверяем их ежечасно. У нас есть правила «закончила школу — позвони», но мы не дергаем друг друга по телефону: «Что ты сейчас делаешь?». И, кстати, никогда не влезаем в их споры, не бывает такого, чтобы я одну пожалела, а другую наказала. Они с детства усвоили, что их конфликт лучше решить между собой, иначе наказаны будут обе.
ДС: Мы много работаем, девочки растут самостоятельными, как мы когда-то. Сами себя организуют: обучение, развлечения, зачастую и кормление. При этом учатся они хорошо, для старшей участие во всевозможных олимпиадах — любимое хобби.

УД: Садик нужно постоянно поддерживать в красивом и исправном состоянии. Как вы справляетесь?
КС: Да, в садике каждый день что-то ломается, там же дети. Но, к моему удивлению, Дима умеет делать почти все: еженедельно что-то чинит и меняет.
ДС: Маляр не может быть хирургом, а хирург маляром может (смеется). Специально ничему не учился, но отец многое делал своими руками, а детство я проводил в деревне, там дед всегда что-то мастерил. Вот и научился, видимо.
УД: Вы оба заняты и как врачи, и как предприниматели, у вас дочки, почти подростки, свои есть интересы. На все хватает времени?
ДС: Дочки сейчас в том возрасте, когда им и не надо нашего постоянного присутствия рядом. К тому же у нас свободный график, при необходимости мы можем выделить время на какие-то общие дела. Но каждый вечер мы все вместе — разговариваем, обсуждаем день и планы.
КС: Несколько раз в месяц мы устраиваем семейные вечера, играем в настольные игры, ходим ужинать в ресторан. Девочкам это очень нравится, нам тоже.
ДС: Да, мы много работаем, но стараемся и хорошо отдыхать: несколько раз в год уезжаем в отпуск вдвоем или всей семьей. К счастью, теперь у нас есть такая возможность.

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *